Бабуууленька моя!

Первым и самым главным для нас, славян, ангелом-хранителем семейного очага является, „конечно, - бабушка. Об этом, кстати, я немало слышала от иностранцев, которые даже книги посвящают этому уникальному, с их точки зрения, феномену, У каждого из нас, кому посчастливилось познать нежность бабушкиных рук, неповторимый вкус ее пирожков да варений, искренность слез на ее глазах, наверняка сохранился именно такой образ бабушки: самой главной «составляющей» доброго духа русской семьи. Одна моя знакомая, 32-летняя москвичка Наташа, до сих пор считает, что, "не будь бабули, наша семья прожила бы совершенно другую, обделенную лаской, но изобилующую ссорами и непониманием жизнь" Моя собственная "бусяня" (так я называла ее с детства), водившая меня во всевозможные кружки и часами решавшая вместе со мной математические задачи, так и осталась в моей жизни эталоном терпеливости. А дачные месяцы, повторяющиеся из года в год именно благодаря бабушкам, жертвующим городским комфортом во благо любимых внуков?! Все это ценится и осознается нами, внуками (да и нашими родителями, обретающими постепенно статус бабушек и дедушек), лишь годы спустя. Нередко, увы, когда уже некому что-то там сажать и пропалывать... К счастью, семейный дух, созданный бабушкой, сохраняется как бы сам собой - в воспоминаниях о воскресных блинах и в связанных крючком салфетках.

Духовка - от слова «дух»

Вспомните, как в фильме "По семейным обстоятельствам" убелённый сединами мужчина спрашивает у молодой девушки, спешащей с разменом родительского гнезда: "У вас есть большой стол?" И, услышав в ответ: "Ну, допустим, есть", с сожалением констатирует: "У вас нет большого стола!" Большой, желательно круглый, обеденный стол, непременно покрытый скатертью с бахромой, на который выставляется блюдо с горячими - только из духовки - пирожками... Это, безусловно, еще один верный символ "типично русских" семейных традиций. Любой малыш - начиная с трехлетнего возраста - учится общению именно с таких вот семейных застолий. И, хотя мы и привыкли подтрунивать над вечными застольными посиделками, это скорее положительная, нежели отрицательная черта национального характера. Ведь семейные ужины (и реже обеды) - это те часы, которые современный человек регулярно (что важно!) проводит со своими близкими. Это время - поделиться проблемами, обсудить прожитый день, посмеяться всласть. Для большинства европейцев (не говоря уже об Америке) семейное принятие пищи - исключение из правил, имеющее место по воскресеньям (и то не везде) и в Рождество. А уж о том, чтобы в таких посиделках принимали участие подростки, и речи нет. Не приучены, им неинтересно. "С самого раннего детства малыш должен чувствовать, что семья - это и его творение, что он так же участвует в домашней жизни, как и все остальные, что к нему прислушиваются "на равных", то есть без скидки на "детскость", - считает французский детский психотерапевт доктор Руффо. - Чтобы позже, уже в сознательном возрасте (начиная с 10-12 лет), подросток стремился домой, он должен знать максимум об этом доме, должен вместе с остальными "строить" свой домашний очаг. Задача старших членов семьи - сделать так, чтобы ему это было необходимо и интересно".

У каждой семьи есть свой собственный способ привлечения маленьких к общим семейным традициям. У одних это воскресные поездки за город на электричке; у других - семейный видеосеанс; у третьих - утренняя "пятиминутка" за завтраком, где даются поручения на день и напутствуют друг друга добрыми словами, - словом, все то, что остается потом у выросших детей, и то, что им захочется передать своим собственным наследникам. А стол в русской традиции - это не только место "для пирогов", а еще и чтение вслух книг для всей семьи, игры в лото, домашние стенгазеты "по случаю", разбор семейных фотографий и многое другое, что каждая семья придумывает сама.

Каждый раз в первый класс

Еще одной нашей национальной, ни на что не похожей семейной особенностью, на мой взгляд, является "ритуал первого сентября". И даже когда в семье уже или еще нет школьников, этот день остается "традиционным". "Лет с трех-четырех, - рассказывает 34-летняя Лена из Саратова, - первое сентября ассоциируется у меня с началом осени, рабочего года (так как именно в это время все возвращались из отпусков, с дач), каких-то перемен в жизни. Даже во время учебы в университете в этот день мы обязательно устраивали маленькие посиделки: звали школьных друзей, "домашних" всех поколений - от бабушки и дедушки до младшего брата. И, хотя места у нас было немного (как в любой стандартной квартире тех лет), стол раздвигали, доставляли к нему кухонный и за школьными воспоминаниями просиживали до поздней ночи..." Ритуал есть ритуал. Что тут добавить?

Радость или бремя?

Моя португальская подруга Анна-Паола без особой радости вспоминает ежегодные семейные встречи в их небольшом городке неподалеку от Порто. "Мы эмигрировали во Францию, когда мне исполнилось три года, - рассказывает она. - Младшие братья родились уже в Париже, а в Португалию мы возвращались каждое лето, на каникулы, где и начиналось бесконечное "шествие" всей родни. Август прочно ассоциируются у меня с огромным количеством родственников, ежедневно наведывающихся на обед или на ужин. Сначала меня это веселило, я любила играть со своими двоюродными братьями и сестрами, хвастаться своей новой жизнью, слушать их рассказы... Но с возрастом мне это стало просто невыносимо. И сегодня, когда мне 31 год, родители все еще настаивают, чтобы, приезжая в Порто, я в обязательном порядке навещала весь семейный клан. На что у меня нет ни времени, ни желания".

Стремление пробудить, а позднее и сохранить в детях связь поколений для любой семьи - задача весьма непростая. Ведь искусственное навязывание добрых принципов внутрисемейного сосуществования невозможно - оно напрочь отвергается детским сознанием. В поисках противопоставляющей замены ребенок быстро переключается на мир, для семьи практически недосягаемый, проще говоря, улицу - с ее дворовыми играми, ребячьими тайнами и авторитетами (теми, кто постарше). Как часто мы, стремясь во что бы то ни стало удержать детей в неприкасаемом лоне семьи и определяя разумные пределы их свободы, переходим границы возможного давления! А потом... кусаем себе локти. Реакция взрослеющих детей, а точнее, подростков, на семейные традиции подвержена смене настроений формирующейся личности. И, если перегибать палку, можно нанести непоправимый вред и даже частично "изменить" в худшую сторону все существовавшие доселе воспоминания.

Наше первое, еще неосознанное впечатление о мире сводится к ряду ощущений, которые, оставаясь впоследствии на том же бессознательном уровне, навсегда "впечатывают" в память базовые "картинки" этого единственного в своем роде мироустройства - семьи. Уже в сознательном возрасте, пересматривая этот своеобразный каталог образов, мы черпаем именно оттуда все пригодные для будущей семейной (или одиночной) жизни понятия. И на основе духа нашей прежней семьи - родительской - формируем наш собственный. Это происходит даже в том случае, если мы идем "от противного" и стараемся ни в коем случае не повторять ненавистную нам схему отношений. Импринтинг, так сказать.

Фотоистория с продолжением

Дух семьи - это также ее история, семейные альбомы с фотографиями, запечатлевшими неповторимые моменты далекого и близкого прошлого. Кстати, ребятишки в возрасте 5-8 лет могут часами рассматривать такие вот "фотохроники". Их искренне интересует - "кто на этой фотографии?", "что это за дом?", "а где я был в это время?". Поддерживая этот детский интерес, вы тем самым вовлекаете ребенка в семейную историю. Пока это только игра, но с возрастом она обретет новые очертания, и ребенок будет чувствовать себя включенным в жизнь семьи, сам станет частью длинной замысловатой цепочки ее развития. В семье моего мужа, например, поддержанию такого детского интереса способствуют не только иллюстрированные фоторассказы, но и конкретные действия.

У каждой из его бабушек было по десять детей. С самого раннего детства многочисленные потомки этого клана помнят ежегодные семейные сборы в огромном старинном доме прадедов. В течение двух выходных дней (как правило, в мае-июне) все члены этого семейства собираются под одной крышей. Здесь происходят знакомства с вновь прибывшими или новорожденными, здесь делятся новостями, ищут сочувствия и совета, здесь стараются наглядным примером объяснить малышам, как важно поддерживать связь с родственниками, пусть даже и дальними. Даже после смерти хранительницы этого гостеприимного очага и продажи дома традиция не канула в Лету. Потомки продолжают встречаться (теперь, правда, уже на нейтральной территории). Когда десять лет назад я тоже стала членом этого огромного семейства, на очередной встрече мне вручили маленький значок с номером 257. А на последней встрече нас уже было более трехсот.

Дом, очаг, гнездо - это и есть, как мне кажется, опора всех прошлых и будущих семейных традиций. Для любого ребенка (будь то столичное семейство Ростовых у Льва Толстого или современные нам подлинные герои родственных кланов) дух дома довольно прочно связан именно с конкретными впечатлениями проживаемой в нем жизни. Но тут есть одно "но", которое необходимо учитывать. Запреты на участие в празднествах взрослых, предоставленность самому себе, частое отсутствие одного из близких домашних - все это определяет для ребенка отрицательную сторону семейного мира. "Объяснить ребенку, почему его кладут спать, когда начинается взрослое застолье, крайне важно, - считает доктор Руффо. - Если малыш с самого начала будет уверен, что у него тоже есть право на веселый новогодний карнавал или День варенья, он гораздо менее болезненно перенесет такое взрослое "переключение" внимания. И - что самое главное - в будущем не будет чувствовать себя ущербно, стараясь как можно быстрее покинуть стены родного дома".

У каждого из нас свои представления о домашнем очаге, свои потребности и свои приоритеты. Но любая семья сильна и уникальна именно своим неповторимым духом, своей легендой, своей историей, которую во что бы то ни стало стоит знать нашим детям.